aif.ru counter
94

Коллега капитана «Дунайского 66»: «Для остановки Егорову не хватало места»

Капитан Георгий Денисов управляет фактически идентичным судном - сухогрузом «Дунайский-18». Кроме того, 10 июля 2011 года он находился недалеко от места крушения «Булгарии» и слышал по радио переговоры Егорова с капитаном «Арабеллы» Романом Лизалиным.

ПОКАЗАНИЯ РОМАНА ЛИЗАЛИНА НА ВТОРОМ ДНЕ СУДА

Разошелся с «Булгарией»

Капитан рассказал суду, что его сухогруз шел со стороны Казани. Денисов принял вахту в районе «Сюкеево» и в скором времени разошелся с двигающейся навстречу «Булгарией».

- Я вышел на связь с капитаном. Он подтвердил, что мы расходимся левыми бортами. Я тогда обратил внимание, что у теплохода был крен на правый борт. Возле Болгар, мимо нас прошел «Арбат». Позже по радиосвязи я услышал, как капитан этого судна сообщает диспетчеру Камского Устья, что на воде плавают плоты. Немного времени спустя начались переговоры капитанов сухогруза «Дунайский-66» и «Арабеллы». Егоров сказал, что видит людей на воде, Лизалин ответил, что идет туда полным ходом. Затем был промежуток и новый диалог. Сейчас я уже не могу воспроизвести его полностью. В памяти остались лишь последние фразы. Вопрос «Дунайского»: «Нужна ли помощь?» и ответ «Арабеллы», что они справятся сами.

Идентичные суда

Адвоката Аиду Камалову интересовало также мнение Денисова о действиях Егорова и технических возможностях сухогруза «Дунайский». Ведь у капитанов фактически идентичные суда. Отличаются только баржи. У 18-го острый нос и обтекаемая бортовая часть. У 66-го нос квадратный, борт скощенный.

- Сухогруз не мог идти к людям с баржей, - уверен Денисов. – Их бы затянуло под судно. От нашего обтекаемого борта есть шанс оттолкнуться. В случае с «Дунайским-66» - это слишком опасно. Егорову, чтобы оказывать помощь, сначала нужно было остановиться, поставить якорь и отстегнуть баржу. А на это требуется время. На остановку не меньше пятнадцати минут. На все остальное еще не меньше 45 минут.

Денисову был показан план места крушения «Булгарии», где отмечены положение выживших пассажиров на плотах, «Дунайского-66» и «Арабеллы». Капитан высказал мнение, что рядом с пострадавшими остановиться его коллега не мог вообще. Дело в том, что там подряд идут повороты, и сухогрузу с баржей в 270 метров не хватило бы места для полной остановки. Сойти с судового хода он тоже не имел возможности – сел бы на мель. Поэтому единственный выход, который увидел Денисов в данной ситуации для «Дунайского-66», проплыть вперед и начать торможение.

На вопрос, как бы он поступил сам, если бы услышал от Романа Лизалина, что «Арабелла» не нуждается в помощи, Денисов ответил, что послушал бы и поплыл дальше.

«Другие» вопросы

Волнительным для свидетеля получился допрос прокурора Евгения Дикарева. Помимо уточняющих вопросов о времени торможения сухогруза и отцепления от баржи, гособвинитель поинтересовался, почему капитан никому не сообщил, что видел крен «Булгарии». Например, капитану судна или диспетчеру.

- Капитан бы мне ответил, что знает об этом, - растерялся Денисов.

А дальше на него, как из рога изобилия, посыпались новые не относящиеся к Егорову вопросы. В частности, проходил ли он аттестацию на соответствие занимаемой должности. Когда и где это происходило в последний раз. Насколько хорошо капитан знаком с правила и так далее.

Отпущен Денисов был лишь после вопроса судьи о том, как часто на его собственном судне проводятся инструктажи для экипажа.

АЛЕКСАНДР ЕГОРОВ НЕ ПРИЗНАЕТ СВОЕЙ ВИНЫ. ПЕРВЫЙ ДЕНЬ СУДА

Была ли надежда?

В некоторой степени сюрпризом стали показании пострадавшего Юрия Дмитриева, отец и брат которого выступали в суде накануне. Молодой человек поведал, что из двух судов, которые он наблюдал, сидя на плоту, мимо прошел лишь «Арбат». «Дунайский-66» попытался притормозить, подарив надежду на спасение.

Услышав эти слова, прокурор попросил разрешения зачитать показания, данные Дмитриевым во время следствия. Оказалось, трактовка событий произошедших 10 июля в них несколько расходятся с новой «версией». Прежде Юрий говорил, что не остановились оба сухогруза.

На вопрос узнает ли Дмитриев свои показания, молодой человек ответил утвердительно, однако комментировать расхождение не стал. А высказывать личное мнение относительно степени вины капитана Егорова, и вовсе отказался.

Затянутый эксперимент

Другим сюрпризом стало ходатайство адвоката о проведении следственного эксперимента.

- До сих пор не получены многие ответы, - объяснила Аида Камалова. - Сухогруз «Дунайский-66» толкал две баржи весом 9 тысяч тонн. Мы хотим точно выяснить, сколько времени ему понадобилось бы, чтобы остановиться, бросить якорь, отцепить баржи и подойти к плотам с пострадавшими. Или после сброса якоря, спустить шлюпку. Существует ли техническая возможность спустить ее на ходу. Да, провести следственный эксперимент возможно лишь после того, как растает лед. Это затянет процесс. Но разве мы не должны установить истину? Я уже подавала такое ходатайство во время предварительного следствия. В сентябре – в период навигации. Но получила отказ.

Не нашло оно поддержки и теперь. Судья не нашла оснований для удовлетворения ходатайства. Пояснила, что в материалах дела имеется заключение экспертизы и акт внутреннего расследования, которые судом еще не исследованы.

ПОСЛЕДНИЕ ФОТО ПАССАЖИРОВ БУЛГАРИИ

Под ударом

Остался нерешенным вопрос, что делать с потерпевшими, не являющимися в суд, ведь взять показания нужно у всех. Несколько человек на сегодняшний день уже выступили, другие прислали заявления с просьбой рассмотреть дело без их участия. Третьи не делают ни того, ни другого. Некоторые вообще бросают трубки и успели сменить сим-карты.

Есть два пути решения. Либо пытаться вызвать пассажиров «Булгарии» в суд, либо зачитать на процессе показания, данные ими на следствие. Однако адвокат капитана Егорова пока разрешила озвучить лишь показания детей.

- Мы пока не приняли решение насчет взрослых. Конечно, для нас лучше, чтобы они давали их сами – в суде. Да, есть люди, которые обвиняют капитана и хотят, чтобы его наказали. Но немало и тех, кто понимает, что он не мог к ним сразу подойти, и открыто говорят об этом. Решение мы озвучим в четверг. В целом, мы сегодня хорошо поработали. Но ситуация усложняется тем, что мы попали под удар первыми. Дело Тучина рассматривали в особом порядке (т.к. капитан признал вину – прим. ред.), и оно не разбиралось столь пристально. А на нас идет вся накопившаяся агрессия. Потерпевшим трудно отделить действия Александра Егорова от самого факта крушения. Если бы уже прошли основные суды, люди бы успели выговориться, и на нашем процессе было бы спокойнее.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ читаемых

Самое интересное в регионах