aif.ru counter
394

478 неизвестных героев. Казанец нашел бойцов, повторивших подвиг Матросова

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 19. АиФ-Татарстан 09/05/2018
Поисковики в России работают не только в местах боев, но и в архивах.
Поисковики в России работают не только в местах боев, но и в архивах. © / Из личного архива

Поэты и композиторы любят акцентировать внимание на том, сколько стихов и песен они написали. Труд писателя Шагинура Мустафина измеряется другими величинами. За 50 лет поисковой работы его экспедиции удалось найти в архивах имена сотен человек – неизвестных героев Великой Отечественной.

«Бросок в бессмертие»

Поисковой работой Шагинур Мустафин занялся ещё в студенчестве. В 1968 году, когда набирало популярность движение «Снежный десант» он создал свою экспедицию - «Свет Памяти». Поисковики взялись за работу не только на местах боёв, но и в архивах России, Украины, Германии, стран Прибалтики.

Эта работа, позволяющая открывать неизвестные страницы войны, так увлекла молодого Шагинура, что он предпочёл документальную прозу поэзии, в которой делал успехи с малых лет. Профессию писателя-поисковика он выбрал по завещанию отца Ахметсафы Мустафина. Сафа, как его называли близкие, был одним из двух татарстанских бойцов, выживших после того, как закрыли собою амбразуру вражеского дзота. Перед смертью он наказал сыну отыскать всех тех, кто совершил подвиг подобно Александру Матросову.

«Отец хотел видеть меня наследником этой памяти о войне, - говорит Шагинур Сапиевич. - Я нашёл уже 478 неизвестных героев-«матросовцев». Из них 65 бойцов совершили подвиг раньше Матросова. Первым «бросок в бессмертие» сделал Александр Панкратов ещё в августе 1941 года. А из татарстанцев раньше остальных – в марте 1942 года - на амбразуру бросился Самигулла Каримуллин, первый редактор Кукморской районной газеты».

По инициативе Мустафина герою поставили бюст в кукморском музее. Всего же за годы поисковой работы писатель добился установки 34 бюстов и памятников забытых героев в Татарстане. Другой «матросовец», которого увековечили в камне, - Нух Идрисов из Кукморского района. Командир отделения Идрисов слал супруге Назие письма в стихах. Удивительно, но ещё 23 февраля 1943 года он написал, что Победу отпразднуют, когда цветут черёмухи. Правда, до исполнения своего предсказания не дожил. Нух Идрисов погиб в Карелии в июле 1944 года, и Шагинур Мустафин четыре раза снаряжал экспедицию, чтобы найти его могилу. Нашёл. Вскоре в Карелии издали книгу о герое, написанную Мустафиным.

Он искал сведения о пропавших без вести героях и рассказывал об их подвигах так, чтобы память о них осталась надолго. Возобновил радиопередачи «По следам героев...» на республиканском радио и телевидении. Все свои отпуска проводил в экспедициях по местам боёв и в архивах. Там, где прошли мустафинские следопыты, возникали улицы, носящие имена некогда забытых солдат.

Всё чаще появлялись в газетах статьи о судьбах советских бойцов. Писатель-поисковик публиковал очерки не только о «матросовцах» и героях-татарах. К примеру, он написал о лётчике Сергее Фёдорове из Чувашии, повторившем судьбу легендарного Алексея Маресьева. В июле 1944 года в одном из боёв его ранило в ногу, но он посадил самолёт на нейтральную полосу, где долго отбивался от вражеских атак. Когда снаряды кончились, начал отползать к своим, но подорвался на мине и потерял вторую ногу. Даже без ног лётчик добился разрешения летать, а после войны организовал аэроклуб в Татарстане.

Вышла книга Шагинура Мустафина о лётчике Фардетдине Сахабутдинове, уроженце Муслюмовского района, который повторил подвиг Николая Гастелло – совершил огненный таран, направив самолёт на вражеское укрепление, и погиб.

Все за одного?

Часто общаясь с участниками войны, Шагинур Сапиевич видел, как по-разному складывалась их жизнь после войны. Одних чествовали, а других не замечали или, хуже того, упрекали.

«Какими изгоями стали те, кто прошёл через плен! – вспоминает Мустафин. – Почему-то считалось, что они виноваты – 5 млн человек - все до одного! Их бесконечно таскали на допросы в КГБ, унижали. Я хорошо знал соратника Мусы Джалиля Амира Утяшева, которого даже к расстрелу хотели приговорить. 13 лет (!) понадобилось, чтобы прекратить дело за отсутствием состава преступления. Не хочу хвалиться, что хорошо разбираюсь в людях, но чтобы понимать, за что человек мог бороться на войне, какие у него были идеалы, нужно знать его душу. Поисковая работа показала мне, что совершить подвиг способен только красивый душой человек. Чёрствые же сердцем люди чаще становятся предателями».

Амир Утяшев
Амир Утяшев Фото: Из личного архива

Шагинур Мустафин многое сделал для реабилитации пленных, которые после войны подверглись репрессиям, помогал им восстанавливать права. Одним из тех, кого он поддержал, стал инвалид войны Заки Залялиев из Кукморского района. Около 45 лет этот участник войны тщетно пытался получить удостоверение ветерана. За то, что он был в плену, ему даже пенсию не платили, в родном селе он стал чужим. Поработав в архивах, Шагинур Сапиевич узнал, что Залялиев попал в плен тяжело раненным ещё осенью 1941-го, прошёл фашистскую каторгу, но не сдался, а вместе с товарищем Габдельхаком Галиуллиным из Дубъязского (ныне Высокогорского) района бежал к югославским партизанам. Продолжал сражаться с гитлеровцами и после ранения был принят на службу в советские войска.

Чтобы доказать, что Заки Залялиев был не предателем, а героем, в 1990 году Мустафин поехал вместе с ним на встречу партизан Югославии. Его не остановило, что ветеран сломал ногу, - вместе с сыном героя они буквально носили его на руках. И судьба оказалась к ним благосклонна. На этой встрече Заки узнал своего однополчанина по партизанскому отряду Бориса Гусева и тот приехал к нему в гости, чтобы рассказать недоверчивым соседям, как отважно сражался партизан Залялиев. На старости лет героя наградили медалью «Югославский партизан - гражданин СССР», признали ветераном. Вскоре о нём сняли фильм, опубликовали его воспоминания, и сегодня земляки гордятся им.

За годы поисковой работы Мустафин добился установки 34 бюстов героям ВОВ. Фото: Из личного архива Шагинура Мустафина

«В своё время ведь и имя Мусы Джалиля пытались очернить, - рассказывает Шагинур Мустафин. – Считалось, что предателями были все из легиона «Идель-Урал». Конечно, изменники встречались, например, Ситдик Исхаков или Махмут Ямалутдинов, которого завербовали для слежки за легионерами. Но из-за них незаслуженно очернили имена многих татар. Я специально разбирался в этом вопросе и в книге «Гриф секретности снят» нашёл статистику, что среди всех пленных татар было всего 2,2%. Даже в «Идель-Урал» попали не только татары, но и представители многих других национальностей, жившие между Волгой и Уралом. Недавно я выпустил две книги «Они из племени бессмертных» на русском и татарском языке, где написал о легионерах, соратниках Мусы Джалиля».

Окопная правда

Сам Шагинур Сапиевич не сторонник того, чтобы приукрашать историю войны. Ведь были и дезертиры, и мародёры, и те, кто не рвался на фронт, а бегал от военкомата.

«Замалчивать позорные страницы нельзя, - говорит писатель-поисковик. – Я видел документы, подтверждающие, что перед строем расстреливали дезертиров. Не раз слышал воспоминания ветеранов об однополчанах-предателях. И я стараюсь сохранить эту окопную правду, а не писать только о героических подвигах. Главное, что меня волнует, - баланс между положительными и отрицательными примерами, чтобы история не превратилась в сплошную чернуху».

Среди нелицеприятных страниц истории тот факт, что подвиги героев оказались забыты, а сами бойцы Великой Отечественной войны на долгие годы стали пропавшими без вести. В начале 70-х, когда Шагинур Мустафин служил военным корреспондентом в Германии, его удивляло, что немцы ухаживают за каждой могилой советского солдата, как за захоронениями своих близких. Там же он узнал, что немцы посылали семьям советских военнопленных деньги, которые почему-то не до всех дошли…

«На фоне того, что в СССР в те годы останки большинства погибших солдат продолжали лежать на местах боёв, это особенно поражало! – возмущается Шагинур Мустафин. - Родина, для которой завоевали Победу, не торопилась увековечить память о победителях. Многие семьи до сих пор (спустя 70 с лишним лет!) не знают, где похоронены их деды-ветераны. Наверное, нам культуры не хватает, порядочности, чтобы поставить точку в этом вопросе.

В начале 2000-х в «АиФ» вышел материал, в котором председатель правления Союза поисковых отрядов Юрий Смирнов рассказывал, что после освобождения от немецкой оккупации, жители мест, где проходили бои, должны были организовывать массовые захоронения. Все найденные медальоны и личные вещи они отправляли в военкоматы, но списки имён погибших по этим данным почему-то не составили, в архивах их тоже не найти. Некоторые ветераны говорили, что военкоматы скрытно уничтожали медальоны по экономическим причинам. Ведь семьи погибших получали пособие и дополнительные льготы, а семьи пропавших без вести - ничего. Стране выгодно было иметь 5-9 млн семей пропавших без вести, на которых, по подсчётам Смирнова, экономили по 300 млн руб. в год. О таких фактах тоже нужно говорить».

Вот почему 70-летний Шагинур Мустафин, главный редактор издательства «Слово», член-корреспондент Российской Академии военно-исторических наук, продолжает своё дело, встречается с ветеранами – последними, кто знает окопную правду. Готова к изданию книга «Антология подвига», в работе очерки о тружениках тыла. Рабочий кабинет и квартира писателя-поисковика за годы существования экспедиции «Свет Памяти» всё больше напоминают архив – столько у него накопилось документов, материалов, фотографий. И Шагинур Сапиевич продолжает скрупулёзно работать: «У меня ещё есть время, чтобы оставить в памяти потомков несколько забытых имён».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 7 читаемых

Самое интересное в регионах