Примерное время чтения: 8 минут
1004

Последний смертник Поволжья. За что был казнён почтальон из Казани Шпагонов

27 лет назад, весной 1997 года в России был введён мораторий на приведение в исполнение приговоров о высшей мере наказания — смертной казни. И вот уже почти три десятилетия в обществе не затихают споры: достойны ли жить те, кто загубил жизни многих невинных людей, убивал из корысти, из жадности, похоти — но «самым гуманным судом в мире» оставлен в живых, на пожизненном государственном содержании.

Фото: АиФ/ Сергей Копылов

Ответить на вопрос, нужно ли возвращать смертную казнь, непросто. Особенно после того, как узнаёшь подробности страшного преступления «последнего смертника Поволжья», тихого почтальона-фельдъегеря из Казани Андрея Шпагонова. Который хладнокровно расстрелял десятерых своих коллег, в числе них — четыре женщины.

Тихоня с Авиастроительного

Шпагонов родился 13 сентября 1969 года в Авиастроительном районе Казани. Рано остался без матери, но тем не менее закончил школу и ПТУ, работал слесарем на заводе. Вскоре, однако, поступил на работу в Управление спецсвязи по Татарстану, почтальоном-фельдъегерем. В его обязанности входила доставка спецкорреспонденции: государственных бумаг, секретных писем и т.д.

Фельдъегери тогда (да и сейчас тоже) вооружались личным огнестрельным оружием: пистолетами Макарова (ПМ) и изредка — ТТ. Имел служебный ПМ и Шпагонов, причём владел им мастерски, не раз выигрывая дипломы на межведомственных стрельбах.

Сослуживцы отзывались о нём как о человеке тихом, замкнутом, нелюдимом. Но при этом Шпагонов был патологически жаден и стремился к наживе. Торговал «левой» водкой, пытался «мутить бизнес», но всё неудачно. В конце зимы 1992 года его уволили со службы «за несоответствие занимаемой должности». Тогда-то он и задумал преступление, которое должно было враз решить все его финансовые проблемы.

Идея Шпагонова была проста. Особых ценностей фельдъегеря не носили, секретные бумаги никому уже в 90-х не были нужны. Зато он знал, что в оружейке хранятся пистолеты и большой запас патронов к ним. Их-то и задумал выкрасть бывший почтальон, а затем продать на «чёрном рынке».

По подсчётам злоумышленника, за чистый «Макаров» с двумя обоймами бандиты с радостью дадут 1500 долларов. А за «Тульского Токарева» — и все 2,5 тысячи! Итого на руках у него после реализации всех 70 пистолетов, что он видел в оружейке, будет под 200 тысяч долларов. Астрономическая сумма по тем временам!

Фото: пресс-служба СУ СК по Челябинской области

Кровавая надпись

Реализовать задуманное убийца решил аккурат на православную Пасху, 26 апреля 1992 года. На тот момент Шпагонову, к слову, было всего 22 года. Он подговорил своего двоюродного брата, Дмитрия Ковалёва, помочь ему. После того, как Шпагонов заберёт оружие и боеприпасы, сумки с тяжёлой ношей ему должен был помочь вынести и погрузить в свою ВАЗ-2106 Ковалёв.

Ночью Андрей Шпагонов пришёл в дежурку отделения спецсвязи с тремя бутылками водки. В дежурке были его приятели — Шмелёв, Липухин и Камардин. Шпагонова они сразу узнали, а когда тот предложил отметить его увольнение, с радостью согласились.

После полутора литров водки сотрудники завалились спать, а Шпагонов взял нож и зарезал по очереди всех троих точными ударами в сердце и перерезая им всем горло. Экспертиза позже установит, что убийца ещё и брызгал им в лицо перцовым баллончиком, чтобы исключить всякую возможность сопротивления.

В это время у входной двери раздался звонок — это приехал фельдъегерь Нагайцев, доставивший спецпакет. Шпагонов впустил его в здание и сказал, что они отмечают его увольнение. Когда Нагайцев пошёл в уборную помыть руки перед «праздничным ужином», убийца выстрелил ему в затылок из пистолета, который предварительно взял из кобуры покойного Камардина.

Затем Шпагонов постучал в дверь отдела экспедиторов, где находились четыре женщины-работницы. Нападавший открыл по ним огонь, ранив двух женщин (Ильсию Марданову и Лялю Фарзееву) и убив одну (Фаунзилю Мензянову). Одна из женщин (Анна Шайхутдинова), всё это время находившаяся в соседнем кабинете, пыталась бежать и ей даже удалось покинуть здание, однако она споткнулась, и подоспевший Шпагонов расстрелял её в упор. Он затащил труп в помещение и принялся паковать оружие — в оружейке было 67 пистолетов и почти полтысячи патронов.

Тут в дверь снова позвонили. Это вернулся фельдъегерь Садриев, который прилетел из Москвы. Встречал его на ГАЗ-69 водитель Мариев. Когда те зашли и увидели окровавленные трупы, Шпагонов, воспользовавшись их оцепенением, застрелил обоих.

Затем убийца вновь обошёл всё здание и хладнокровно расстрелял еще одну обойму в мёртвые тела. В это время тяжело раненая Ляля Фарзеева сумела прийти в себя и уползти в закрытую комнатку кассира. По счастливой случайности убийца её там не обнаружил.

Теряя сознание, Ляля смогла своей кровью написать на полу имя изувера — Андрей Шпагонов. Тот же облил здание бензином, слитым из ГАЗика, и — поджёг, чтобы скрыть следы.

Однако план убийцы сорвался. Его подельник, услышав выстрелы, перепугался и дал дёру — когда Шпагонов вытащил тяжёлые сумки с оружием на крыльцо, ВАЗ-2106 там не было. Тогда тот попробовал завести служебный ГАЗ-69, но не смог — на машине стояла «секретка». Между тем дым и огонь заметили из соседних домов, выбегали люди, вот-вот должны были приехать пожарные. Шпагонов бросил всё и убежал, по дороге выбросив пистолет, из которого убил 9 человек и тяжело ранив 10-ю жертву.

Пожарные, выломав решётку, смогли спасти истекающую кровью Лялю Фарзееву. Однако дать показания она смогла лишь через неделю.

Следователи же поначалу прочитали кровавую надпись, сильно пострадавшую от огня, как «Дракон 13», приняв букву «В» в фамилии за цифру 13. Однако детальное исследование пола и обработка его спецматериалами раскрыла истинное значение. Милиция уже знала, кто подозреваемый, когда пришла в себя Ляля и смогла дать исчерпывающие показания.

Шпагонова задержали уже 4 мая на станции Агрыз. Чуть ранее был арестован и его подельник. Убийца поначалу «косил под психа», но врачебная экспертиза не оставила сомнений — он полностью вменяем, и чётко понимал, что делает в момент совершения преступления. Недолго отпирался и Ковалёв: его «шестёрку» хорошо запомнили свидетели.

Уже 18 августа 1992 года суд приговорил Андрея Шпагонова к высшей мере наказания — смертной казни через расстрел. Дмитрия Ковалёва осудили на 15 лет лишения свободы, он вышел досрочно в 2007 году.

А самого Шпагонова расстреляли 13 декабря 1995 года. Приговор привели в исполнение всего за пять месяцев до того, как начал действовать мораторий. Казанский «почтальон» и «Дракон 13» стал последним, кто был расстрелян по приговору суда в Поволжье. И кто знает — если бы замешкались в исполнении приговора на эти несколько месяцев, кровавый убийца, хладнокровно лишивший жизни девятерых человек, сейчас был бы жив-здоров и даже, вполне возможно, уже гулял бы на свободе.

Освободившись условно — досрочно.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)
Загрузка...

Топ читаемых

Самое интересное в регионах