Примерное время чтения: 9 минут
1306

Профессор «Смерть». За что учёный из Казани расстрелял пятерых коллег

Nikolay Gyngazov / www.globallookpress.com

Эта леденящая душу история, произошедшая в Татарстанском филиале Института проблем информатики (ИПИ) Академии наук РФ (город Казань), до сих пор остаётся одним из самых загадочных преступлений. Почти 30 лет не утихают споры и рождаются одна за другой конспирологические теории — от «иудейского заговора» до банального дележа активов.

Роковое письмо

А началось всё в мае теперь уже далёкого 1996 года со служебного письма, поступившего в казанский филиал ИПИ сразу после праздников. Оно было написано на имя директора филиала Карена Мнацакановича Жамогорцяна из головного отделения в Москве.
65-летний Жамогорцян уже много лет возглавлял учреждение и считался довольно известным в Татарстане учёным. Коллеги характеризовали его как человека острого ума, контактного и весёлого, но при этом вспыльчивого и эмоционального. Правда, в «лихие 90-е» заметно пошатнули и здоровье директора филиала, и его уверенность в себе. Дела в институте шли откровенно плохо, денег вечно не хватало, финансирование на исследования были свёрнуты. А новых заказов найти не удавалось. Вдобавок ко всему пришло несчастье и в семью: его жена, 63-летняя Лариса, приболела и отправилась на обследование в районную поликлинику. Именно там она и узнала страшный диагноз — рак...

Лариса Жамогорцян была последней любовью учёного. Они встретились в институте, оба были уже немолоды. Карен очень любил супругу, и весть о смертельном недуге стала для него очередным — но далеко не последним — ударом.

В злополучный май 1996 года, читая письмо из Москвы, директор не мог поверить своим глазам. Хороший знакомый Жамогорцяна сообщал ему, что Учёный совет филиала ИПИ в полном составе готовит громкую отставку директору. Что не первый раз уже идут жалобы и кляузы на Карена Жамогорцяна, якобы тот — бездарный руководитель, неспособный «вписаться в рынок», что институт надо давно реформировать, часть помещений продать или сдать в аренду, что надо заниматься не чистой наукой, а коммерческой, так как жить на те копейки, что выделяет государство, попросту невозможно.

Барахолка в 90-е
Барахолка в 90-е Фото: wikimedia.org

Директор Жамогорцян, доверявший своим коллегам безоговорочно, был просто ошарашен. Как?? Оклеветать его, маститого учёного? Променять научные исследования на торговлю китайскими труселями? И это при том, что в филиале ИПИ занимались разработкой алгоритмов автоматизации обработки данных — прообраза современных систем искусственного интеллекта.

Жамогорцян решил собрать Учёный совет и откровенно поговорить. Но начиналось лето, и многие сотрудники уже уходили в отпуска. Потом были установочные сессии у студентов, потом — методическая работа... В итоге Совет был назначен на ноябрь. Люди откровенно избегали прямого разговора. А в частных беседах убеждали директора «уйти по-хорошему на пенсию». Но Карен Жамогорцян был непреклонен и готовил приказы об увольнении несогласных.

ЭВМ, конец 1980-х
ЭВМ, конец 1980-х Фото: wikimedia.org

Четыре пули в затылок

Остаётся неясным, действовали ли некоторые сотрудники филиала ИПИ самостоятельно, из личной неприязни к директору, или уже существовал некий план по разделу активов института, в первую очередь — недвижимости в центре Казани. Кое-кто считает, что «заказчик» на ценные квадратные метры был, и обещал обнищавшим в 90-е учёным солидные деньги за помощь в «перевороте».

Как бы там ни было, но долгожданное для директора мероприятие было назначено на 20 ноября 1996 года. К 10 утра в кабинет к Жамогорцяну были вызваны его заместитель Лев Штильман, заместитель по экономике Яков Бурман, начальник одного из отделов Михаил Немировский и ведущий научный сотрудник Елена Орловская.

Любопытно, что свою секретаршу директор накануне отпустил домой и сказал, что на работу в день заседания Учёного совета она может придти к 15-00. «Раньше вы мне не понадобитесь.» — отметил он.

Доподлинно неизвестно, что произошло позже за закрытыми дверями кабинета директора. Свидетелей нет. Известно лишь, что Карен Жамогорцян около 12 часов вызвал водителя, вышел из кабинета и поехал в больницу, где проходила курс лечения его жена. Супруга села на первое сиденье институтской ВАЗ-2104, сам директор сидел сзади. Он попросил водителя зайти в приёмный покой, якобы там забыл свой портфель. Когда же тот вернулся, чтобы сообщить — никакого портфеля нет, он увидел страшную картину: в машине лежали два трупа, профессора и его жены. Экспертиза позже установит — Лариса была убита на месте выстрелом в затылок, сам учёный, сутя по всему, затем пустил пулю себе в висок.

Казанская горбольница №15. Ныне место реконструировано полностью.
Казанская горбольница № 15. Ныне место реконструировано полностью. Фото: https://vk.com/

Но и это было ещё не всё. Когда к трём часам дня пришла на работу в институт секретарша, она по привычке пыталась позвонить директору в его кабинет. Там никто не отвечал. Тогда она открыла дверь и завизжала от ужаса. Все четверо членов Учёного совета были убиты. В луже крови лежали тела Штильмана, Бурмана, Немировского и Орловской. Все они тоже были убиты выстрелами в затылок.

С профессионализмом киллера

В машине с телами Ларисы и Карена Жамогорцян милиция нашла орудие убийства — газовый пистолет «Байкал», переделанный под стрельбу боевыми патронами калибра 9 мм ПМ. В кармане пальто директора — предсмертная записка, в которой тот признавался во всех убийствах и просил не вскрывать его тело, а похоронить в закрытом гробу.

Дело быстро закрыли, так как главный обвиняемый был уже мёртв, да ещё и признание на руках. Но опытные следователи и некоторые сотрудники ИПИ не верят, что именно Жамогорцян убил всех оппонентов.

В пользу этой версии говорит тот факт, что седовласый профессор, который никогда даже охотничьего оружия дома не держал, действовал, как профессиональный киллер. Все пять жертв, включая жену учёного, были застрелены точными выстрелами в затылок.
Направление стрельбы выглядит странно и потому, что заседание Совета проходило за столом директора, и логично, что оппоненты сидели лицом к лицу с Жамогорцяном. По идее, если бы он начал стрелять, то стрелял бы спереди, а никак не в затылки.

Отсюда родилась версия, что Жамогорцян вышел из кабинета, а сзади зашёл убийца и хладнокровно убил всех. Причём оружие должно было быть с глушителем, иначе пальбу бы услышали в соседних кабинетах. Но там клялись, что весь день всё было тихо.

Наконец, третий момент — сам пистолет. В лихие 90-е оружейные склады времён «холодной войны» опустошались в рамках конверсии. «Байкал» — это огражданенная версия суперпопулярного пистолета Макарова. После небольшой заводской переделки оружие могло стрелять только газовыми патронами. Но кустари-умельцы довольно быстро переделывали «газострелы» обратно в боевые: киллеры очень любили такие переделки за дешевизну и спиленные номера. Отстрелял и тут же выбросил, не жалко.

Сторонники конспирологических теорий полагают, что Жамогорцян не хотел убивать оппонентов, вышел на связь с теми, кто «положил глаз» на здание института и хотел найти компромисс. Но «заказчики», подыграв доверчивому учёному, решили иначе. Они обманули директора, обещав «решить вопрос» с бунтарями, но в итоге устроили кровавую расправу. И когда тот увидел, чем всё закончилось, понял, что натворил, поверив убийцам — попросил убрать и его самого с женой, тем более что Лариса и так умирала от рака. Чтобы оградить от ещё бОльших страданий и дальнейшего позора.
Так это или нет — теперь это уже вряд ли кто-то узнает.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)
Загрузка...

Топ читаемых

Самое интересное в регионах