Вместо зрительного зала - столы с угощением и цветами. Вместо артистов - собеседники, с которыми зрители могут разделить трапезу, слушая самую разную музыку - Гайдна, Баха, шотландские, русские и еврейские народные песни, казачьи и городские романсы.
Так выглядит спектакль-застолье «Список Паперной» (18+), который привезли в Казань из Санкт-Петербурга.
Честно и правдиво
Почти 100 лет назад на подобных вечерах собирались Хармс, Введенский, Заболоцкий, Олейников, Маршак, Паперная и другие поэты - участники ОБЭРИУ («Объединение реального искусства»), существовавшего в Ленинграде с 1927 года до начала 1930-х годов.
«Никакой сверхзадачи - в привычном понимании - режиссер перед нами не ставил, - поделился с «АиФ-Казань» петербургский артист Женя Анисимов. - Просто есть история этих людей, и одна из главных наших задач - рассказать ее очень честно и правдиво».
Почему для застолья выбрали хлеб, яблоки, яйца, чем полезна недоброжелательная критика, журналистам рассказал автор идеи, сценария и режиссер необычной постановки, историк театра, педагог, продюсер, доктор искусствоведения Константин Учитель.
Ольга Любимова, «АиФ-Казань»: - Константин Александрович, что было известно об Эстер Паперной до того, как вы начали готовить спектакль по аудиокассете с ее записями?
Константин Учитель: - Она переводчица, переведённые ею книги продолжают издаваться. Но Паперная, безусловно, известна прежде всего как один из авторов стихотворного сборника «Парнас дыбом», впервые изданного в 1920 годы. Это шедевр русской литературной пародии, созданный в соавторстве с Александром Розенбергом, Александром Финкелем. «Парнас дыбом» позже издавался большими тиражами, его знали все советские люди. До Ленинграда Паперная работала в Донбассе, она оттуда родом.
О том, что Эстер Соломоновна составила список песен, исполнявшихся на посиделках поэтов, я впервые узнал в 1990 годы из комментария к публикации воспоминаний искусствоведа Всеволода Петрова. У меня появилось представление, что из этой истории необходимо сделать спектакль. Придумал его абрис, конструкцию, но самого списка у меня не было, хотя я знал, что он где-то существует.
Коллега Алексей Дмитриенко дал мне на время аудиокассету с песнями в исполнении Эстер Паперной. Эту запись сделал Анатолий Александров в 1984 году.
- Вы уже слышали эти песни раньше?
- Была знакома старинная поморская песня, которая начинает и заканчивает спектакль, некоторые другие произведения. Но в этом списке есть песни, как например, «По Портовой я шатаюсь», которые не знали раньше не только я, но и выдающиеся фольклористы (у нашего спектакля есть научные консультанты). Она никем никогда не была записана. То есть какие-то песни из списка Паперной могут стать объектами научного исследования. О народной песне «Город Николаев» уже есть докторская диссертация.

Но в спектакле исполняется и музыка, которой в списке Паперной нет, которую выбрал я. Это шотландская народная песня «Русалка» в переводе Маршака. Известно, что наши герои любили эту песню.
- Что скажете о казанском зрителе?
- На мой взгляд, в Казани публика очень скромная, тихая. Мы ведь привыкли, что очень много работаем с соседями. Так устроен спектакль.

Кстати, в Казань мы приехали не просто так, а потому что здесь родился Заболоцкий. В спектакле есть песня на его стихи «В городе Тарусе». И очень важно, что где-то здесь в Казани на кладбище покоится прах Введенского.
«Театр - не СПА-отель»
- Как относитесь к критике?
- Очень рад, если пишут что-то недоброжелательное. Считаю, что это нормально. Если кому-то остро не нравится, значит, хорошая вещь. В Санкт-Петербурге на спектакле обязательно один человек сидит и не хлопает, не стучит по столу и вообще не очень увлечен. Меня это радует. Значит, спектакль работает.
Моя дочь - музыкант, играет на клавесине, органе и как-то сказала профессору: «Мне так некомфортно играть». «А это не СПА-отель», - парировала преподаватель.
Я хочу сказать, что театр - тоже не СПА-отель. Безусловно, это развлечение. Надеюсь, что люди здесь смеются, веселятся. Но театр не должен превращаться в сауну, где тебе массируют икры. Театр совсем не про это. Он более сложная история. Думаю, что театр в значительной степени про надежду. Про вещи, которые можно понять на нерациональном уровне.
Хотя мне нравится рациональный театр, когда можно объяснить, например, почему на спектакле вас кормят яйцом и яблоком. Выбор продуктов перекликается с представленными в спектакле текстами. Так, Леонид Пантелеев в 1941 году писал, что был ещё в магазинах белый хлеб. Вареные куриные яйца выбраны потому, что есть текст про Пасху. Яблоки - это истории про любовь.
Была однажды жалоба, что на нашем спектакле-застолье кормят очень мало. Так все нравится, но надо поляну нормальную накрыть - горячее подать, и будет хороший спектакль.
«Хохотали два часа»
- В спектакле возникают такие моменты, когда есть просто невозможно...
- История печальная - это мягко сказано, потому что из всего круга этих поэтов уцелело буквально несколько человек. Поразительно, что эти несколько взяли на себя какую-то миссию. Яков Друскин блокадной зимой 1941-1942 года вывез на санках из разбомбленной квартиры рукописи Хармса, спас его архив.
С Паперной ситуация сложнее. Есть сведения, что ее архив находится в Донбассе, и вполне возможно, в зоне боевых действий. Это проблема. Я ведь не единственный человек, который интересуется Эстер Паперной, ее наследием сегодня занимается ряд учёных.
- Паперная была арестована в 1937 году за анекдот, 17 лет провела в лагерях. Что помогло ей уцелеть?
- Есть воспоминание некой женщины из петербургского интеллигентского круга, которая находилась в лагере и писала оттуда знакомым, как женщин отправляли из лагеря в лагерь на работу на маленькой грузовой машине. Две лавки, мороз, теток одели в ватники, усадили и везут. Там потрясающий текст: «Я попала в одну машину с Паперной, и мы хохотали два часа».
- Будете продолжать формат «спектакль-застолье»?
- После этой постановки я получил шесть предложений сделать спектакль-застолье.Один проект был очень интересный - абсолютно другая история, абсолютно другое застолье. Но он, видимо, не получится.
Сейчас я делаю историю по воспоминаниям крупнейшего ученого-искусствоведа профессора Николая Никулина, который занимался Северным Возрождением. Он воевал с 1941 до 1945 года и оставил воспоминания о войне. Это удивительная книга. Написана человеком, который, с одной стороны, солдат-связист, под огнём налаживает связь, а с другой стороны - блестящий специалист в своей области, энциклопедически образованный ученый. Я предполагаю сделать спектакль, который представляет собой соединение его текстов - о Брейгеле, Рогире ван дер Вейдене и о том, что происходило с ним на фронте, как он языка взял, орден получил. Мне интересно это сочетание.
КСТАТИ
Премьера «Списка Паперной» состоялась в 2025 году на фестивале «Сенокос» в пространстве ГЭС на Нерли. Спектакль создан при поддержке Творческого сообщества «МИРА», «Музея ОБЭРИУ» и проекта «Новая Голландия: культурная урбанизация». В Казани спектакль привезли в ходе гастрольного тура программы Благотворительного фонда Владимира Потанина. «Города. Музеи. Сцены». Для первой в России гастрольной программы постановок, созданных в партнерстве музеев и театров, отобрали в ходе конкурса десять уникальных спектаклей. Каждый из них предлагает авторский взгляд на историю и культуру, созвучный современности. С апреля по декабрь 2026 года в разных городах страны пройдут более 70 показов.
139 млн рублей заработал театр Качалова в 235-м сезоне
«Хочу сказать!» Юные татарстанцы делятся своими секретами на сцене
Битва за Шурале. Как в Татарстане отстояли фольклор от патентных троллей