Жучки под кроватью. Экс-возлюбленный год тайно прослушивал квартиру бывшей

В Нижнекамске суд вынес условный приговор 30-летнему мужчине, признанному виновным в систематическом преследовании 42-летней жительницы города в течение 2024–2025 годов. По версии следствия, после расставания бывший партнёр взломал облачные сервисы женщины, распространил её личные данные, установил прослушивающие устройства в квартире и совершил действия сексуального характера. Несмотря на квалификацию по пяти статьям УК РФ, включая незаконное проникновение в жилище и нарушение тайны переписки, суд избрал меру наказания в виде условного срока. Случай вновь ставит вопрос о пробелах в законодательстве: в России сталкинг до сих пор не выделен как отдельное преступление.

Отношения с рукоприкладством

Гульнара и Дмитрий познакомились в сентябре 2023 года. На тот момент он работал инспектором ГИБДД, она — обычная жительница Нижнекамска, стилист. Отношения продлились чуть больше года, но запомнились женщине не романтикой, а побоями.

В январе 2025 года на новогодних праздниках на базе отдыха между парой вспыхнул конфликт. Дмитрий поднял на Гульнару руку. Для женщины это стало точкой невозврата: она решила разорвать отношения.

Но мужчина оказался не готов к такому повороту. То, что началось потом, сама пострадавшая называет «годом ада».

Цифровой террор и жучки под кроватью

Первым делом Дмитрий потребовал от бывшей компенсации за путёвки на Бали, куда они так и не слетали. Получив отказ, он перешёл к активным действиям. Мужчина взломал iCloud (сервис облачного хранения) девушки, получил доступ ко всем её социальным сетям, а затем опубликовал в сети её интимные фотографии и разместил номер телефона на сайтах интим-услуг.

Но и этого ему показалось мало. Следующим шагом стала физическая слежка. Дмитрий караулил Гульнару у подъезда, ходил за ней по пятам в торговых центрах, отключал электричество в её квартире, когда она находилась там с ребёнком, дважды прокалывал шины автомобиля. Однажды он попытался изнасиловать женщину прямо в подъезде.

Кульминацией стало проникновение в жилище. Обманом, от имени матери, Дмитрий выпросил ключи у дочери Гульнары, оставив их в почтовом ящике. В квартире он установил три прослушивающих устройства: два жучка спрятал в комнатах, а третий, замаскированный под пауэрбанк, положил прямо под кровать женщины.

Целый год Дмитрий прослушивал не только бывшую возлюбленную, но и её маленькую дочь. Гульнара рассказывает, что бывший нигде не работал (уволился из ГИБДД, пытался продавать авто, но безуспешно) и все силы бросил на слежку.

Дело по пяти статьям и «условка»

В июне 2025 года по факту преследования было возбуждено уголовное дело. Следователи квалифицировали действия Дмитрия по нескольким статьям: понуждение к действиям сексуального характера, нарушение тайны переписки, незаконное приобретение средств для негласного получения информации, незаконное проникновение в жилище и неправомерный доступ к компьютерной информации.

Мужчину отправили под домашний арест. Но и это не остановило сталкера. Гульнара неоднократно замечала его возле дома, а камеры видеонаблюдения фиксировали, как он стоит с телефоном в руках — хотя по условиям ареста пользоваться мобильными устройствами ему запрещено.

«Я показала запись полиции, но мне сказали: „Может, просто похож“. Это безысходность. Он делает, что хочет», — жалуется женщина.

Финал истории оказался для пострадавшей шокирующим. Несмотря на тяжесть обвинений, суд приговорил Дмитрия Мирзоева к условному сроку.

Почему сталкеры остаются безнаказанными?

«Сталкинг (преследование) в российском законодательстве до сих пор не выделен как отдельное преступление. Действия квалифицируются по совокупности статей, но доказать их сложно. Потерпевшие часто сталкиваются с формализмом: „нет состава“, „сама виновата“, „это бытовуха“. В случае с экс-сотрудником органов ситуация осложняется тем, что он знает процедуры и может манипулировать системой. Условный срок в такой ситуации — не редкость, но для жертвы это сигнал: преследователь фактически получил индульгенцию», — отмечает юрист и куратор проекта «Сталкингу.нет» Виктория Юрова.

Сама Гульнара уверена, что на приговор повлияло прошлое Дмитрия. «Он работал в ГИБДД, у него там остались связи. Система своих не сдаёт», — считает женщина.

Сейчас пострадавшая боится выходить на улицу. Бывший, несмотря на суд, продолжает появляться рядом. Женщина уже потратила десятки тысяч рублей на адвокатов, моральные силы на исходе. А её дочь до сих пор вздрагивает от каждого шороха.

Психолог, специалист по работе с жертвами насилия Елена (имя изменено по просьбе эксперта) комментирует:

По словам практикующего психолога, исследователя последствий сталкинга Ольги Темирхановой, сталкер — это не просто «обиженный бывший». Это человек с глубокими личностными нарушениями, который не способен принять отказ и пережить потерю контроля. Его цель — вернуть власть над жертвой любой ценой. В таких случаях женщинам нельзя оставаться одним. Нужно менять привычки, маршруты, иногда — место жительства. Но главное — не замалчивать. Каждое обращение в полицию, даже если кажется бесполезным, ложится в копилку доказательств. Рано или поздно система должна сработать.

Справочно: В России ежегодно регистрируется 47 000 заявлений о преследовании бывших партнёров. Лишь 12% дел доходят до реального срока заключения — остальные заканчиваются условными сроками или прекращаются. 68% случаев преследования включают цифровые методы: взлом аккаунтов, слежка через геолокацию, установка шпионских программ. 74% жертв — женщины, из них 58% подвергались преследованию со стороны бывших партнёров