Ровно 15 лет назал, в ноябре 2010 года вся Казань была потрясена жутким убийством двух заметных фигур татарстанской фармацевтики: директора компании «Медэкс» Рустема Харисова и его супруги Елены Кирилловой, занимавшей пост замглавы фармацевтического госпредприятия «Таттехмедфарм». Их нашли застреленными в собственном особняке в коттеджном посёлке деревни Дятлово Лаишевского района.
Несмотря на широкий резонанс и беспрецедентный масштаб следственных мероприятий, дело так и не получило продолжения. Полтора десятилетия спустя не только убийцы не найдены, но нет даже подозреваемых. Более того, окончательно не установлен и мотив преступления: следствие оставило в итоге больше вопросов, чем ответов...
Ночь ада для семьи Харисовых
Друзья и знакомые вспоминали: для Рустема и Елены брак был не совсем равным, но счастливым. Глава семейства был на 15 лет старше своей супруги. Завести детей так и не получилось: пара жила довольно тихо, на светских тусовках казанских нуворишей замечена не была.
Злые языки говорили, что именно Рустем Харисов, на тот момент известный в медицинских кругах предприниматель, бенефициар компании, которая выигрывала многомиллионные контракты на поставку медоборудования в десятки больниц и поликлиник Татарстана, продвигал по карьерной лестнице свою молодую супругу. Елена, сама родом из Мамадыша, окончила Казанский национальный исследовательский технологический университет, защитила диссертацию, получив степень кандидата наук. Но в 2009 году неожиданно стала заместителем директора ГУП «Таттехмедфарм» — госпредприятия, которое как раз и занималось организацией закупок медпрепаратов для нужд республиканского Минздрава.
Трагедия разыгралась 14 ноября. Тогда близкий друг семьи Харисовых забил тревогу: в течение суток супруги не выходили на связь. 13 ноября была суббота, они должны были вместе поехать на торжество, но телефоны молчали. В итоге он приехал в их коттедж на следующий день, стучался в ворота дома, кричал через забор — тщетно. Заподозрив неладное, друг вызвал полицию.
Оперативники, вскрыв двери дома, были в шоке: прямо в коридоре навзнич лежал труп Рустема Харисова с двумя пулевыми отверстиями — в районе груди и в голове. В ванной было найдено и тело Елены: рот был заклеен скотчем, ноги связаны шланом от кальяна. Эксперты позже найдут на теле следы пыток, а причиной смерти станут всё те же два выстрела — в область сердца и контрольный — в голову.
В доме нашли пять гильз 7.62×25 мм — такие патроны используются в пистолете ТТ. Но была и версия, что преступники стреляли из французского пистолета-пулемёта МАТ-49 так называемого «вьетнамского» образца. Впрочем, так это или нет, сказать нельзя — оружие так и не нашли, хотя обшарили каждый сантиметр в доме и на участке.

Версия первая — заказное убийство
Первой рассматривали версию заказного убийства, связанного с профессиональной деятельностью супругов. «Медэкс» активно поставлял медоборудование учреждениям Татарстана, «Таттехмедфарм» обеспечивал регион лекарствами. Бизнес был крупным и насыщенным интересами.
Однако следствие не обнаружило ни конфликтов, ни «токсичных» сделок, которые могли бы стать поводом для расправы. Коллеги Кирилловой также уверяли, что она не имела профессиональных врагов.
«Это ужасно! До сих пор не верится! Она была спокойным, справедливым руководителем, ни с кем не ссорилась и все рабочие вопросы решала исключительно в чётком деловом стиле», — рассказывали следствию тогда сотрудники «Таттехмедфарма».
И действительно: госпредприятие не было заточено на получение прибыли, каждый казённый рубль контролировался. Пытать и убивать замдиректора было просто бессмысленно.
А то, что преступники объектом нападения выбрали именно Елену, сомнений у следствия практически не было. Муж был лишь случайной помехой, его, как покажет экспертиза, застрелили сразу же, как увидели, он даже сопротивления никакого не успел оказать.
Заказная версия «подтачивалась» и непрофессиональными действиями киллеров. Обычно убийцы «на заказе» тут же выбрасывают оружие со спиленными номерами. Эти же злоумышленники забрали его с собой.

Версия вторая — ограбление
Может быть, бандиты искали крупные суммы наличными? Это породили вторую версию — вооружённое нападение с целью ограбления. И снова нестыковки. Зачем тогда надо было связывать и пытать Елену Кириллову? Чтобы она сказала коды от сейфа? Показала тайники? Но оперативники не нашли таких тайников, да и степень жестокости бандитов была запредельной. Кроме того, Харисов был опытным бизнесменом и дома не хранил большие суммы — все окружающие знали об этой его осторожности. Да и главное - ценные вещи, которых в доме было немало, остались нетронутыми. Версия снова рассыпалась...
Версия третья — шантаж и вымогательство
Следователям вскоре в круг подозреваемых попал родной брат Харисова, было установлено, что на тот момент он находился в сложной жизненной ситуации и нуждался в деньгах. Его задержали через нескольо дней, однако тот клялся, что никогда не причинил бы зла брату, тем более, что тот готов был поддерживать его.
Следователи изучали возможность найма братом киллеров, организации вымогательства, но ни один факт не подтвердил эту линию. Доказательств не было, и тот был отпущен с извинениями.
Дело, ушедшее в «глухари»
Дятлово — небольшая деревня, где в основном живут люди, работающие в городе. В день трагедии большинство соседей были вне дома. Никто не слышал ни звуков борьбы, ни выстрелов. Эта тишина стала ещё одним фактором, загнавшим следствие в тупик. Выстрелы из пистолета ТТ очень громкие, их бы точно услышали, а штатных глушителей на Тульский Токарева не существует, это армейское оружие. Отсюда и предположение, что стреляли из «импорта».
Следователи провели колоссальную работу. Сотни опрошенных, каждый метр в деревне изучен на предмет следов, взяты сотни образцов материалов в попытке найти следы чужих ДНК. Тщетно. Единственные материальные улики по этому делу — пять стреляных гильз.
Через полгода расследование приостановили.
До сих пор вот уже 15 лет трагедия в Дятлово остаётся одной из самых загадочных и драматичных страниц в криминальной истории республики. Вопросов по-прежнему больше, чем ответов, а убийцы — где бы они ни были — так и не понесли наказания.