aif.ru counter
АиФ - Казань 128

Асгат Сафаров считает, что смертная казнь для убийц – это даже гуманно

В начале 2012 года министр внутренних дел по РТ написал книгу, в которой рассказал о ликвидации преступных группировок в

http://mvd.tatarstan.ru

В «Закате казанского феномена» события излагаются в хронологическом порядке и раскрываются подробности, которые ранее были известны только правоохранительным органам. Мы предлагаем отрывки из книги генерал-лейтенанта полиции Асгата Сафарова.

МВД Татарстана он возглавляет 13 лет. За это время ликвидировано 15 крупных преступных сообществ и несколько десятков банд. За решетку отправились более 400 криминальных лидеров, 18 из них - пожизненно.

Как наказать злодея

В предисловии к своей книге автор делится своими мыслями по поводу того, какого наказания заслуживали преступники, входившие в состав казанских ОПГ.

«Отменив смертную казнь, государство официально признало, что жизнь убийцы стоит дороже, чем жизнь его жертвы. Если за убийство двоих или троих человек преступник получает 25 лет заключения, это означает, что он расплачивается за каждого примерно восемью годами своей свободы. То есть, пребывание на земле злодея и бандита настолько важно и значимо, что оно заведомо в разы ценнее для общества, чем жизнь любого законопослушного гражданина.

Пусть бросают в меня камни «гуманисты» и демократы, но мое глубоко внутреннее убеждение: забрав чужую жизнь, преступник должен расплачиваться своей. И это еще очень даже гуманно, ведь наши предки вообще наказание определяли в равных пропорциях. Средневековая жестокость имела логичное объяснение - если нельзя казнить душегуба несколько раз, то можно отнять жизнь максимально мучительным способом - в назидание всем остальным.

Я не верю в раскаяние убийц. Если убийство произошло по неосторожности, из-за халатности или в запале разгоревшейся ссоры, тогда, конечно, тогда виновные, как правило, раскаиваются искренне, просят для себя справедливого возмездия, а случается что и сами себя карают — самоубийства среди нечаянных убийц составляют от пятнадцати до двадцати процентов. Но тот, кто хладнокровно заранее спланировал и организовал злодейство, раскаяться, не способен. Притвориться - да, но раскаяться - никогда. Во всяком случае, за почти тридцать лет службы мне не удалось убедиться в обратном, хотя и приходилось общаться с приговоренными к высшей мере (еще до введения моратория), а позже - к пожизненному заключению».

Как работал следователем

В начале книги Сафаров рассказывает, как, работал в конце 80-х в следственном отделении Советского РУВД и расследовал преступления, совершенные в микрорайоне «Танкодром». Через его кабинет прошли многие будущие лидеры ОПГ Советского района Казани.

«Одним из самых резонансных дел того времени стало побоище в районе Танкового кольца. Группировщики (памятуя о «Тяп-Ляпе») обычно не впутывали в свои разборки посторонних людей, выбирая для стычек малолюдные районы и позднее время. Но тут, вразрез всем «понятиям», две группировки устроили драку ранним утром, на глазах массы свидетелей, идущих на работу.

Надо сказать, что в большинстве случаев стычки длились не больше нескольких минут, и почти сразу определялось, на чьей стороне перевес. Победители, подбадривая себя свистом и гром¬кими криками: «Айда-айда-айда!» или «Ломи!» гнали противни¬ков, удиравших со всех ног. Промедление было действительно смерти подобно - отставших «месили» всей толпой, стараясь забить до смерти. На этот раз проигравшая сторона попыталась скрыться, заскочив в троллейбус, подошедший к остановке, но не тут-то было: преследователи атаковали машину. Полетели оскол¬ки окон, разбитых камнями и кусками арматур, в результате по¬страдали не только группировщики, но и ни в чем не повинные пассажиры...

Резонанс был огромный. В моем кабинете развернули опера¬тивный штаб по раскрытию этого дела (такого количества круп¬ных звезд на погонах в одном месте и сразу мне до той поры видеть не доводилось). Раскрыли, кстати, быстро, и вскоре, как находящееся на особом контроле, дело забрали в следственное управление МВД.

Мы тогда даже не могли предположить, что локальные войны подростков - не проблема, а только ее начало, что именно сейчас формируется костяк кровавых ОПГ 90-х годов. Мы просто рабо¬тали, жили практически в условиях военного времени, часто оста¬ваясь спать прямо в кабинетах. Основная трудность заключалась в том, что большая часть наших подследственных была несовер¬шеннолетними, а это целый букет сложностей. Во-первых, все до¬просы должны проводиться в присутствии адвоката и родителей (слезы, истерики - «мой сын ни в чем не виноват»), во-вторых, подростки в этом возрасте любят по геройствовать и крайне редко идут на контакт со следователем. Да и предъявить, как правило, мы им ничего не могли. «Да, - говорят, — был. Но сам не бил, а кто бил, я не видел». Максимум, за что можно было их привлечь, это за хулиганство, да и то, его еще надо было доказать».

Как стал министром

«В июне 1998 года президент Татарстана Минтимер Шаймиев сказал мне, чтобы я готовился возглавить МВД республики. Озву¬чил предложение Минтимер Шарипович в свойственной ему ма¬нере — как бы между прочим. Мы ехали в одной машине (я сопровождал президента в деловой поездке в Москву), и он спросил: «Знаешь, кто такой Степашин? Мы сегодня встречаемся, буду ему тебя предлагать в качестве кандидата в министры...».

Вспоминая своего предшественника – руководителя республиканского МВД Искандера Галимова, он отмечает, что тот был сторонником громких расследований, а не замалчивания.

«Так что мне казалось, то направление задано и не надо выдумывать ничего лишнего. Достаточно четко сформулировать долгосрочную концепцию, предусматривающую и вопрос учетов, и критериев оценки, и ротации кадров, и профилактики коррупции... Так что революции делать я не собирался, а решил, что буду должать уже определившуюся линию, но произведу некоторые яровые перестановки, в первую очередь, в подразделениях криминальной милиции. Возглавить это направление в должности первого замминистра я пригласил Рената Тимерзянова. Надо сказать, что первое назначение далось нам не так уж и просто, ведь по неписаному правилу, если министр внутренних дел — татарин, то первым заместителем обязательно должен быть русский. Проблему решили тем, что на должность заместителя по кадрам пригласили Александра Вайду, заменив им предшественника-татарина. Москва, хоть и со скрипом, но согласилась.

Первый заместитель - не просто человек, которому в свое отсутствие я должен доверять руководство министерством. Это еще и тот, кто должен взять на себя ответственность за всю криминальную ситуацию: раскрытие убийств, разбоев, краж. И, разумеется, за ликвидацию преступных группировок. На этой должности я видел только Рената, мне позарез был необходим именно такой: бескомпромиссный, принципиальный, беспощадный. Не только знающий «от и до» оперативную работу, но еще и с повадками волкодава: если вцепился в кого-то, уже не выпустит, не простит и не забудет».

Как лично проверял райотделы

«Я мог прийти и внезапно — ночью, например, проверить работу в подразделениях. Бывало, что не узнавали, бывало, что сотрудник на посту находился вдребезги пьяным — средь бела дня, между прочим. Приезжаешь, а он ни в зуб ногой. Ух и разносы я устраивал…Пока мой хороший друг Руслан Аушев не сказал: «Слушай, сколько можно? Ну, приехал ты, наподдавал там всем, думаешь это хорошо? У тебя что, нет подчиненных? Некому ходить по райотделам и поддавать каждому по своей линии? Ты ведь о себе создаешь негативное мнение тем, что вынужден сам лично приезжать и материть, наказывать, снимать…Бояться-то будут, конечно, но не значит, что будут уважать. Ты лучше подумай: а может, что-то можешь дать им? У них ведь того, другого не хватает. Если можешь в каждый свой приезд принять какие-то решения, чем-то помочь – помоги! Каждый визит министра должен быть праздником для подразделения: МИНИСТР приехал! Денег дал, проблемы снял».

 В материале использованы отрывки из книги «Закат казанского феномена», Асгат Сафаров, 2012

Смотрите также:



Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий
Самое интересное в регионах
Роскачество