aif.ru counter
1665

Пианист Рэм Урасин о работе за идею и Шопене

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 36. АиФ-Татарстан 02/09/2014
Фото Андрея Титова / АиФ-Казань

Уже в восемь лет он дебютировал с симфоническим оркестром Татарской филармонии. В 13 лет выступил с сольной программой. В 15 лет победил в международном юношеском конкурсе им. Ф. Шопена в Москве, а через три года стал лауреатом конкурса имени того же композитора в Варшаве. Критики говорили: «Это играл сам Шопен».

Не надо халтуры!

– Рэм Геннадьевич, с ранних лет вам рукоплескали в залах Германии, Франции, Швейцарии, Австрии, Японии, Австралии… Голова не закружилась?

– Эти успехи были связаны, в первую очередь, с огромным трудом, вложенным мной и моим учителем, Мариной Васильевной Сухаренко. Ей я обязан многим из того, что умею. Теперь я сам преподаю и понимаю, насколько сложно привить одарённому ученику правильное отношение к профессии и успехам, чтобы чувство исключительности породило повышенную требовательность к себе. К профессии нужно относиться бескомпромиссно. Своих учеников и в консерватории, и в ежегодной летней школе творчества Фонда Святослава Рихтера в Тарусе я учу, что главное дело в жизни нужно делать максимально хорошо.

Увы, в наше время много халтуры. Многие не стремятся делать хорошо даже ту работу, за которую им платят. Но если тебя считают специалистом, будь добр соответствовать. И в музыкальном искусстве халтуру стали позволять себе многие, в том числе и заслуженные исполнители. А ведь чем большего успеха ты добиваешься, тем больше готовы отдать слушатели за билет на твой концерт. Причём на концерты классической музыки часто ходят небогатые люди. В молодости моя мама-геолог отдавала на абонементы в филармонию целую зарплату. Как можно не оправдать такое доверие?! Как можно выходить в зал и играть как-нибудь, потому что «зрители ничего не поймут и всё равно будут аплодировать стоя»?

Фото: АиФ-Казань / Фото Гульнары Сагиевой.

– По-вашему, творческую работу можно измерять деньгами?

- Как и любую другую. Надо сказать, что я вырос в то время, когда говорить о деньгах было неприлично. Пожалуй, это была ещё более запретная тема, чем секс. Такая общественная установка привела к тому, что никто не говорил, но все думали. Так что, когда маятник качнулся в другую сторону, то родилась новая крайность, ещё более извращённая, – стало неприлично не говорить о деньгах. Если человек делает что-то не ради заработка, ему не верят. А если он к тому же горит идеей, то пиши пропало. Ведь идею воспринимают исключительно как прикрытие для неудачников, мол, ничего не заработал, вот и говоришь, что трудился за идею.

Лет в 15 я загорелся идеей исполнить все произведения Ф. Шопена, и когда я приблизился к воплощению замысла, для меня было важнее осуществить задуманное, а не то, сколько удастся на этом заработать. Цикл из 11 концертов к 200-летию композитора стал биографией, рассказанной в музыке. Сценарий написала кинодраматург Риорита Рубцова, со сцены о каждом этапе жизни композитора рассказал актёр Казанского ТЮЗа Павел Густов. К каждому концерту я готовил буклеты, куда вошли дневниковые записи, воспоминания, страницы биографии Ф. Шопена. Вот только концерты пришлись на кризис 2009-го, и спонсоры, помогавшие мне сначала, вынуждены были отказать в поддержке. Так что большая часть сборов с концертов ушла на печать буклетов, которые я считал важной частью художественного замысла.

Подсели на шансон

– Ценителей классики с каждым годом всё меньше?

– Когда говорят, что классическое искусство уходит на вторые роли, я возражаю. Ведь оно никогда не было массовым, а всегда элитарным. Оно не соберёт многотысячные стадионы, как футбольный матч или концерт поп-звезды. Но это не значит, что академическое искусство находится на вторых ролях, ведь именно оно определяет развитие поколения, нации, государства.

К несчастью, развитие популярной музыки в РФ сегодня во многом определяется понятием «русский шансон». В истории страны было много чёрных, трагических страниц, в результате чего блатная, лагерная тематика стала близка многим россиянам. Однажды я ехал из Ярославля в Москву, и таксист всю дорогу слушал «русский шансон», причём самый низкопробный – с «девчоночками» и «ментами позорными». В примитивной форме «пели» о любви, дружбе, вражде и ненависти, и я с ужасом понял, что, слушая это, люди начинают мыслить и чувствовать так же…

Что бы сейчас ни говорили о Европе, там сохранили высокую культуру и традиции. Богатая аристократия за рубежом поддерживает консерватории, концертные залы, театры. А у нас от аристократии избавились ещё в 1917-м, а в советские годы разогнали и новое поколение интеллигенции. Что ж мы удивляемся, что страной правит «русский шансон»?!

Подняли на знамя

– Вы заметили изменения в культурной жизни РТ в Год культуры?

– Не более чем в любой другой год. Но было бы странно ожидать радикальных изменений за один год, когда речь должна идти о десятилетиях. В Казани Год культуры в музыке не был представлен. Конечно, в последние годы в столице РТ происходит больше ярких музыкальных событий. В частности, город принимает Московский Пасхальный фестиваль, а Александр Сладковский сумел добиться популяризации Симфонического оркестра РТ, и это радует. Но в основном проекты эти – единичные, такие, что можно эффектно поднять на знамя. Не столь заметные, но ничуть не менее важные заботы по-прежнему остаются на периферии внимания. Например, музыкальное образование, особенно в детских музыкальных школах, зиждется на тех, кто работает ради идеи.

- Что вы сами делаете для развития культуры Татарстана?

- Помимо того что я исполняю произведения татарских композиторов в России и за рубежом, сейчас я занят большим и важным проектом - записываю Антологию фортепианной музыки композиторов РТ на пяти дисках. Это достаточно широкое собрание произведений, дающее возможность получить практически полное представление о фортепианной музыке композиторов РТ. Ранее такого опыта не было. Шесть лет назад я уже записал два диска при поддержке министерства культуры РТ, и теперь хотел бы завершить работу в кратчайшие сроки. Надеюсь, что министерство продолжит финансирование. Хотя должен сказать, что рад был бы видеть большую заинтересованность госструктур в поддержке национальных музыкальных проектов. Приходится всё время напоминать, что они нужны Татарстану.

Понятно, что в кризис всегда не до культуры. Но ведь духовный кризис гораздо страшнее экономического. И, знаете, кто нас спасёт от него? Те, кто работает за идею. К счастью, в музыке такие люди пока есть.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ читаемых

Самое интересное в регионах